Кто волен был — лишь тот в былые дни
Свободные искусства смел узнать,
Монарх ли, принц — желали все они
Пыл крови и в ученье направлять,
Суть четырех достоинств изучать,
Латынь, иврит, и эллинов реченья,
С младых ногтей. А к навыкам сраженья
Лишь в двадцать лет юнцам был путь открыт.
Не то теперь: возможно ли сравненье,
Коль рыцарь от учености бежит!
Был доблестен Давид, ему сродни
Был Александр, и Соломон под стать,
И Цезарь сам, что славен искони,
И Птоломей, героев меньших рать,
Великий Карл — все те, кто воевать
Умел, и брал весь мир в свое владенье.
Их мудрость и ученость — вот уменье,
Которым всяк из древних знаменит.
Прозябнет знать в обиде и презреньи
Коль рыцарь от учености бежит.
Малы, хилы для боя и брони,
Корёжатся, чтоб скакуна взнуздать,
И рады съесть хоть горы из стряпни,
А крохи сил при этом растерять.
И учатся в разврате пребывать,
Обжорству, и бесстыдству в наслажденьи,
Чванливости, игре и нетерпенью.
Науки смерд, упорствуя, твердит,
Чтоб получить и титул, и именье,
Коль рыцарь от учености бежит.
Решив, что не достойны той возни
Все семь искусств, мы начали терять
За фьефом фьеф, а там — не мы одни,
Крещеный мир стал дружно отступать,
И земли те в безумстве отдавать,
Что предок наш с умом добыл в раденьи,
И прежде, чем минует помраченье,
Простолюдин, плебей уже сидит
И при дворе, пример являя рвенья,
Коль рыцарь от учености бежит.
Учение всегда, как ни взгляни,
Шло с рыцарством, к нему стремилась знать,
Без ссор, обид, досад и толкотни
Одно с другим способно проживать.
Одно с другим лишь тот мог обретать,
Кто волен был, и знатного рожденья.
Искал своим талантам примененье
В навозе смерд, что ныне именит,
Всё лучшее урвав без угрызенья,
Коль рыцарь от учености бежит.
Посылка:
Принц, я молю принять мое прошенье,
Дворянство пусть возьмется за ученье,
Как ране, пусть свой взор не отвратит,
И доблести вернутся из забвенья.
Иначе ждёт погибель их и тленье,
Коль рыцарь от учености бежит. |
|
